Chapter Text
Бес был силен. Цеплялся за тело паренька когтями, вгрызался в него, светил огнем из глаз. Присвоив себе человека, потерял осторожность: оставил за собой кровавый след в притоне, напился досыта крови, а потом блевал ею в подворотне — человеческое тело не переваривает кровь. Там его и настигли Вадим с Олегом. Бес сразу же бросился на них с чудовищной силой, и амулет разбился, Вадим даже не успел войти в контакт, а уже остался безоружен. Они скрутили парня, но тот порвал цепочку наручников, взвился, неестественно выгибая суставы тощего тела, и их хруст еще долго звучал у Вадима в ушах. Если бы не Олег… Олег, перевоплотившийся в тьму, в мельтешащий на краю зрения сгусток темноты, не разглядеть — лишь услышать волчий рев, — Олег испугал беса. Тот с визгом покинул тело, а у Вадима заколотилось сердце — даже прирученный оборотень вселяет страх.
Олег, став собой, вернувшись в границы человеческого тела, тяжело дышал. Вадиму тоже было не по себе, но он взял из машины еще одни наручники, надел их на запястья отключившемуся парню. Перевернул его на спину. Обескровленное лицо, запавшие щеки, синие губы. Его бы в больницу. Но для Контор есть строгий регламент: любого освобожденного от беса доставлять в милицию. Вадим не был уверен, что парень доживет до утра. Наркоманы, сидящие на кристалле, долго не живут. Кто-то погибает от истощения, а иные теряют над собой контроль, и бесы втекают в них, роятся между ребер, сеют хаос — единственное, что они умеют делать, дорвавшись до теплого уютного обиталища. Олег, шумно выдохнув, побрел к машине и рухнул на пассажирское сиденье. Вадим легко забросил спасенного парня в фургон и сел за руль.
Не доживет до утра.
Но регламент — есть регламент.
Ох не за то ему родственники парня заплатили, не за то… Они-то надеялись, что Контора спасет их сыночка, вернет домой. Не верили, что он с бесом внутри натворит дел. Все они такие: спасите моего ребенка, моего мужа, моего друга — он безобидный, ему просто нужна помощь! А потом рыдают, отказываясь принимать, что их близкий уже по локоть заляпал руки в крови. Поэтому и работа исключительно по предоплате…
Олег, кажется, дремал всю дорогу. Не проснулся, даже когда Вадим затормозил у милицейского управления, даже когда передал постепенно приходящего в себя парня в руки закона. Он открыл глаза, только когда Вадим остановился у Конторы и коснулся плеча.
— Плохо? — вполголоса спросил Вадим.
— Нормально, — вяло ответил Олег.
Всегда храбрится.
До раздевалки он дошел сам. На улице забрезжил рассвет. Вадим убрал оружие в сейф в своем кабинете, а расколотый амулет, выдохшийся, бесполезный, положил к себе на стол. Нужно сделать заказ в Бюро на новую партию. Опять расходы. Едва выходят в плюс. Какая же дурная затея — создать Контору, изгонять бесов и убивать навок… Вадим обошел кабинет кругом, понемногу отпуская стычку с бесом, возвращаясь в нормальный, безопасный мирок без потусторонних. Звон в ушах прекратился, забылись закатившиеся глаза спасенного парня, померк страх от скакавшего черным волком вокруг беса Олега. Он, наверное, уже переоделся и поехал домой, не попрощавшись, — и правильно сделал, им обоим надо отдохнуть, пусть посетителей Лера принимает… Я тоже поеду домой, подумал Вадим, вот только немного посижу… Опустившись в кресло, он сложил руки на стол и опустил на них голову, прикрыл глаза… А очнулся от Лериного крика:
— К нему нельзя! Я применю к вам…
— Что ты ко мне применишь? Тень не выросла еще, чтобы применять, — рявкнул незнакомый мужской голос в ответ.
Тогда Вадим выпрямился, морщась от ноющей боли в шее. В кабинет влетел молодой человек в длинном черном пальто, а следом за ним — Лера, уже поднявшая руку. Она сжала пальцы в кулак, и померещилось, что вокруг ее руки сгущается тьма. А нет, не померещилось, и вправду Тень в кулак собрала…
— Отставить, — бросил Вадим и, не удержавшись, зевнул. Бросил взгляд на механические часы на столе. Десять утра. Получается, три часа проспал за столом. Он уставился на посетителя. Лера за его спиной уже опустила руку, но не уходила. Значит, гость вызывает у нее опасения, а интуиции девочки с Тенью Вадим привык доверять.
— Мне нужна консультация главного, — нервно сказал гость и заправил за ухо длинную прядь волос. — Без свидетелей, — он неприязненно оглянулся на Леру.
Вадим не мог похвастать развитым шестым чувством, и в госте он не ощутил ни капли потустороннего. Обычный человек. Только сильно переживает, по лицу его все запросто считывается. По крайней мере, точно не навка и не бес, а с людьми и оборотнями Вадим договариваться умеет. Он молча указал на стул для посетителей перед тяжелым дубовым столом.
— Все хорошо, Лер, — сказал он. — Олег уже ушел?
— Полчаса назад, — настороженно ответила она. — Сотрудники в сборе.
Значит, будет кому отреагировать на нажатие тревожной кнопки… Лера ушла, закрыв за собой дверь, а гость снял пальто и перекинул его через спинку кресла. Сев, он закинул ногу на ногу и сцепил пальцы в замок на колене. Протянув ему руку, Вадим представился.
— Сергей, — ответил гость, цепко и коротко пожав ладонь. — Так вы — глава Конторы?
— Я, — кивнул Вадим. — Что у вас случилось?
— Я заплачу, — невпопад сказал Сергей. — При условии, что информация не поступит в Бюро.
— Вот как, — протянул Вадим.
В Бюро по контролю потустороннего он докладывал о каждом случае. Контора имела право на существование лишь при неукоснительном выполнении условия: передача дел навок и бесов в головной орган. Когда Бюро перестало справляться с потоком заявок от населения, то начало выдавать лицензии на деятельность Конторам. Люди могли бы бесплатно получить помощь от Бюро, однако их сотрудники приходили слишком поздно, порой даже через три месяца, когда от человека ничего не оставалось, а навка пряталась в новом убежище. Поэтому платили Конторе. За срочность и за надежду на спасение.
Сергей, закрыв глаза, выдохнул.
— У меня нетипичная проблема. Но обратиться больше не к кому. Вы должны мне помочь.
— Так в чем дело? — начал терять терпение Вадим. — Мы занимаемся потусторонним, а не разгадыванием ребусов.
Он невольно разглядывал Сергея. Черная шелковая рубашка, застегнутая под горлышко. Бледная кожа. Волосы вот горят огнем… Нет, не оборотень. Оборотней Вадим научился чуять. В них было что-то неправильное, словно надламывалась грань реальности, если внимательно смотреть им в глаза. Даже когда он глядел на Олега, все равно начинала подрагивать мелкая мышца в груди, будто нервный тик, а уж Олегу он доверял, как себе. А этот рыжий… Нет. Человек. Людей Вадим никогда не боялся.
— У меня украли Тень, — наконец выдохнул Сергей и распахнул глаза.
Вадим изогнул бровь и приложил все усилия, чтобы не засмеяться.
— Не верите? — прищурился Сергей. — Я тоже сначала не поверил. Подумал, что сплю. А потом час не мог домой попасть. У меня… у меня все на ней держится. Дом, работа, вся жизнь… И ее нет. Ее украли.
Вадим облокотился на стол. Городской сумасшедший? Похож на психа, это верно. Маниакальная стадия. Нет, он знал, что Тень можно связать — Бюро пользовалось амулетами для ареста незарегистрированных Теней, — но кем надо быть, чтобы так нагло заявиться в Контору и потребовать Тень обратно?
— Я не состою на учете, — тихо сказал Сергей. — Я никого не убивал. Пользовался помощью Тени, чтобы улучшить финансовое положение, но не более того. Я даже, наверное, знаю, кто это сделал. Но сам пойти за ней не могу. Это опасно. А вы… вы могли бы.
Вадим опять глянул на часы. Сказал:
— Подождите пару минут. У меня неприемное время. Надо отдать распоряжения сотрудникам. Я скоро вернусь.
Сергей насупился и скрестил руки на груди. Игнорируя его недовольство, Вадим вышел из кабинета и затворил дверь. В приемной подошел к Лериному столу и тихо спросил:
— Ты чего-нибудь почувствовала, когда этот псих начал ломиться?
Она подняла на него взгляд:
— Можно конкретнее?
— Без конкретики. Просто твое мнение.
— Вадим, — понизила голос Лера, — я только Волкова в чувство привела, а он уже в твой кабинет рвется, почти дверь открыл… Я ничего и не успела почувствовать. Но он… — он нахмурилась. — Он будто Тенью тронутый. Не такой же, как я. Но что-то в нем… не знаю, — поморщилась она. — Давай я ребят позову? Ваню?
— Не надо, — отказался Вадим. — Значит, отпечаток на нем Тень оставила…
— Слабый, — сказала ему уже в спину Лера. — Так, легкий отзвук…
Вадиму ее слов было достаточно. Выходит, у Сергея когда-то могла быть Тень. Он вернулся в кабинет и замер. Сергей сидел на краю его стола и, взяв в руки часы, разглядывал их.
— Надо же, — сказал он, не оборачиваясь к Вадиму, — малахит. Вы всерьез верите, что он отгоняет потустороннее?
— Я всерьез верю, что он достаточно тяжелый, чтобы расколоть непрошенным визитерам головы, — мрачно ответил Вадим и, подойдя ближе, отнял у Сергея часы.
Тот уставился в глаза Вадиму. Тонко улыбнулся:
— Так что, навели обо мне справки? Спросили у своей секретарши? Теперь верите?
Вадим отчего-то не смог ответить: горло словно стиснула гаррота. Он смотрел на Сергея, и перед глазами все плыло, оставался лишь его взгляд — пристальный, ледяной, как лезвие ножа под ребрами, ввинчивающийся сверлом в мозг, прокладывающий между ними тоннель.
— А может, — тихо продолжил Сергей, — денег за выполнение моей маленькой просьбы недостаточно, и вы бы хотели что-то еще…
Пальцы его коснулись горловины свитера, тронули шею, и по всему телу побежали мурашки. Вадим, одеревенев, поднял непослушную руку, стиснул запястье Сергея негнущимися пальцами. Из последних сил дернул его ладонь в сторону — и Сергей отвел взгляд, наваждение рассеялось.
— Может, у меня больше и нет Тени, но пара фокусов работает, — пробормотал Сергей.
— Не надо… не надо больше фокусов, — хрипло сказал Вадим и потер горло.
Да, теперь он поверил. С ним играла Тень, хозяин Тени, насквозь пропитанный ее чарами. Если он без Тени способен почти подчинить себе человека, то что он может сотворить вместе с нею?.. Вадим рухнул в кресло, сжал виски пальцами. Сначала бес и расколотый амулет, потом — превратившийся в тьму Олег, пляшущий вокруг танцем смерти, теперь — это… Никаких нервов не хватит. Сергей, непринужденно устроившись удобнее на краю стола, вкрадчиво спросил:
— Так что? Возьметесь за розыск моей Тени? Деньги — не проблема. Только хотелось бы побыстрее решить вопрос. И я настаиваю на конфиденциальности.
— Мне надо подумать, — честно ответил Вадим. — Если Бюро…
— Побежите им докладывать о незарегистрированной Тени? — фыркнул Сергей.
Вадима словно кипятком обдало его презрение.
— Нет, — медленно ответил он. — Тени — не наша забота. Но попрошу впредь без… без фокусов.
— Я чувствую, что еще пара недель — и фокусы кончатся навсегда, — обронил Сергей.
— Я подумаю, — упрямо сказал Вадим.
Не принимать же решение на дурную голову.
Он слишком устал.
Сергей соскользнул с края стола и взял пальто, перекинул его через локоть.
— Прискорбно, — сказал он. — Глава единственной Конторы в городе — и такой нерешительный…
— Возьмите визитку, — опомнился Вадим. — Наберите завтра.
— Уже взял, — отмахнулся Сергей, — пока вы с секретаршей сплетничали…
Он, не оборачиваясь, ушел. Вадим выждал пару минут. Хотел бы он рявкнуть, что Лера — не секретарша, но не стал. Пусть потерявший Тень Сергей думает что угодно. Чем больше язвит — тем меньше шанс, что Вадим ему поможет. Да и… зачем в это ввязываться? Бюро может пронюхать, что он ступил на территорию Теней. Тогда Контору закроют в связи с утратой доверия. А и черт бы с ней, все равно приносит больше головной боли, чем прибыли…
И все-таки Вадим позвал к себе Леру, чтобы поговорить приватно. Но сначала спросил:
— Что с Олегом?
Она, сев напротив него, пожала плечами:
— Гипогликемия. Давление рухнуло. Отпоила крепким сладким чаем. Будет жить. Зачем этот рыжий обратился?
Вадим придвинул к ней расколотый амулет, и Лера поняла все без слов. С тревогой взглянула на Вадима.
— Все в порядке, — успокоил ее Вадим, — так, пара синяков… Лерчик, скажи-ка, что бы ты почувствовала, если бы твоя Тень пропала?
— Пустоту, — мигом ответила она, не задумываясь. — Одиночество. Мы не слишком ладим, — чуть улыбнулась она, — но она всегда была со мной. А к чему ты спрашиваешь? — насторожилась она.
— Да так, — туманно ответил Вадим, — собираю информацию… Ладно. Я домой. Приеду вечером. У ребят только навки?
Лера кивнула.
— Ты бы отдохнул, — с неожиданной заботой сказала она.
— Вот как раз и поеду отдыхать.
— Нет, отдохнул нормально. Отпуск взял бы.
— Когда-нибудь, — обреченно ответил Вадим, понимая, что оставить Контору и на день не сможет.
Лера тоже это знала и проводила его сочувствующим взглядом.