Chapter Text
Кира Йошикаге — самый обычный человек, живущий, как и все, он четко следует распорядку дня, исправно ходит на работу, встаёт и ложится в одно время, и такая жизнь его более чем устраивала. Однако, ничто не вечно и кое-что перевернуло его жизнь с ног на голову. И это кое-что являлось Дио Брандо. Кира и сам не знал, чем он думал, пуская в свою спокойную размеренную жизнь этого взбалмошного эксцентрика, но и не жаловался, ведь Дио, помимо рассеивания хаоса и устраивания беспорядка, привносил в его жизнь еще и много приятного. И так уж вышло, что Йошикаге согласился связать свою жизнь с этим, порой невыносимым, мужчиной. Так и началась не мирная жизнь Киры Йошикаге.
Первой проблемой, с которой столкнулся Кира в браке было то, что его муж, кажется, несовместим с кухней. Мужчина привык готовить сам для себя и был не против делать то же самое и для своей семьи, однако, его удивляло как Дио вообще прожил все свои года и не умер от голода. И так получилось, что злейшим врагом для него оказалась простая микроволновка. Их знакомство изначально не задалось, чертова машина дьявола (а именно так Дио охарактеризовал микроволновую печь) не подавала признаков жизни, хотя и была подключена, но оказалось, что на ней просто был настроен режим энергосбережения. Далее Дио никак не мог разобраться среди различных режимов нагрева еды, их разнообразие казалось совершенно бессмысленным для вампира, а нудные доводы Киры о том, для чего предназначен каждый режим, он слушать не хотел. Позже он задался вопросом о том, как вообще эта вещь работает и каким образом можно что-то разогреть, просто засунув в металлическую коробку, тут Йошикаге принялся объяснять устройство прибора, вдаваясь в подробности, вплоть до того, как люди вообще додумались использовать такие технологии в повседневной жизни. Итак, еда в микроволновке, казалось бы, все в порядке, но она начала издавать абсолютно проклятые и неестественные звуки, от чего у Дио чуть ли не встали дыбом волосы и он, руководствуясь порывом спасти себя и своего супруга от бешенства электроприбора (вдруг у них на кухне прямо сейчас происходит восстание машин?), со всей силы ударил по дверце, отчего вещь вышла из строя за считанные секунды, испуская предсмертный писк, и выключилась уже навсегда.
— И что же ты наделал? — без энтузиазма спросил Йошикаге, закатывая в недовольстве глаза.
— Я спас наши жизни от бунта чертовой машины — Брандо указал на ту самую, что, как ему казалось, только что совершила покушение на них.
— Ты просто испортил микроволновку и нам теперь придётся покупать новую — всё таким же недовольным тоном ответил ему супруг.
— Я в жизни больше к подобному не притронусь — Дио сложил руки на груди и драматично отвернулся, выказывая своё отношение ко всему микроволновому роду.
— Будто после такого тебя кто-то пустит… — Кира взглянул на него со взглядом, так и говорящим «И почему я вышел замуж за придурка?» и ушел из кухни прочь, добавляя затем — Надеюсь, ты хотя бы сумеешь отнести до мусорки остатки этой микроволновки
И с этого момента приготовлением пищи занимался исключительно Йошикаге. Вообще, он подумал, что Дио может пользоваться хотя бы плитой, но и с ней его муж оказался абсолютно несовместим, точнее, узнав, что плита электрическая, сразу же напрочь отказался её использовать, поэтому Кире ничего не оставалось делать, кроме как готовить всё самому. Благо, с подобным у него проблем не возникало, ведь свою еду Дио добывал самостоятельно (Кире, конечно, было интересно откуда тот берет столько пакетов крови, которые занимают добрую половину холодильника, но он не задавал вопросов), а уж прокормить себя и ребенка самостоятельно Йошикаге был более чем в состоянии.
С тех пор так и начиналось их утро, Кира стоял у плиты, готовя завтрак для себя и Джорно, пока Дио уже сидел за столом, попивая человеческую кровь из вычурного бокала. Всё шло как обычно, пока Джорно, забравшись на место рядом с отцом, не прервал тишину.
— Пап, а почему это папе можно пить утром вишневый сок, а мне нельзя? — невинным голосом спросил ребенок.
— Потому что папа взрослый человек, а детям нельзя много сладкого, ты же знаешь, какие могут быть последствия.
О да, Джорно знал. Кира не поленился прочитать ему нотацию о том, как вредно для маленьких детей сладости и что будет с зубами, если часто есть конфеты, и каждый раз напоминал об этом, когда видел как второй отец балует ребенка сладким. Джорно в принципе был вполне прилежным ребенком, слушавшимся родителей и не создававшим хаоса, с этим отлично справлялся его родной отец, так что Кира был рад, что ребенок этим не пошел в Дио, всё же выдержать две таких катастрофы было бы еще сложнее. Однако, этим утром Джорно всё же ослушался наставлений, он слегка дернул Дио за край рубашки, заставляя наклониться к нему, и прошептал:
— Папа, ну можно я немного попробую?
Брандо даже слегка удивился такому вопросу от сына, но всё же не отказал, подумав что, быть может, сыну тоже передались его вампирские гены и Йошикаге зря кормит его этой скучной кашей.
— Ну хорошо, пока папа не видит — Он наклонил бокал к губам сына, чтобы тот немного отпил.
Увы, но чуда не случилось и никакие вампирские гены, к большому сожалению Дио, ему не передались и ребенок просто закашлялся, только попробовав, и скривился от неприятного солоноватого вкуса напитка.
— Ну и гадость! — воскликнул Джорно.
Дио даже не думал сдержать свой смех от выражения его лица, слишком уж забавно тот высунул язык. И тут Кира развернулся в их сторону, хмуря брови. Он одарил мужа недовольным взглядом.
— Джорно, я же тебе говорил, не надо это пить — мужчина устало покачал головой. — А ты, Дио, ведешь себя даже хуже ребенка, как ты додумался вообще дать ему это попробовать? теперь придется вручную все отстирывать.
Джорно посмотрел на свою одежду и там действительно расцвело кровавое пятно.
— Папа, ты злишься на меня? — Он немного испуганно взглянул на Йошикаге, а в глазах начали скапливаться слезинки.
— Нет конечно, просто в следующий раз лучше слушай, что тебе говорят взрослые, а теперь снимай футболку, отнесем её в стирку — Кира улыбнулся ребенку, показывая, что он действительно на него не сердится и после того, как Джорно отдал ему предмет одежды, он подхватил того на руки и удалился в ванную, чтобы замочить вещь в холодной воде. С того момента Джорно действительно лучше прислушивался к тому, что говорили ему родители, однако, это касалось еще и того абсурда, что, порой, выдавал Дио. Итак, когда утренние дела, наконец, были сделаны, пришло время выходить. Брандо, как и всегда, проводил семью до двери, обнял сына и потянулся поцеловать мужа. Кира привычно ответил на поцелуй, уже ставший для них утренней ежедневной традицией, поскольку он практически никогда не злился всерьез на его выходки, привыкнув к ним и принимая подобное поведение, всё же, он искренне любил Дио Брандо.